О необходимости создания музея (или музеев) Побережья и где быть первому из них

Доклад П.А. Россиева даётся в оригинале по материалам съезда деятелей Черноморского побережья Кавказа, том второй. С-Петербург, 1914 г.

Павел Амплиевич , литератор и общественный деятель. Публиковался во многих изданиях. Его статьи печатались в знаменитом словаре Брокгауза и Эфрона, в «Ежегоднике Императорских театров». Он редактировал газету «Черноморский край», печатался в газетах «Новое слово», «Сочинский листок», в журнале «Природа и люди», интересовался историей Черноморского побережья, ратовал за создание в Сочи географо-исторического музея, содействовал торговле книгами для народа. В Сочи П.А. состоял директором Тюремного комитета. По его инициативе в апреле 1913 года был впервые отмечен юбилей города – 75-летие со дня основания.

Если 40 лет тому назад идея местных музеев, успешно осуществляемая во Франции с легкой руки E. Groult, в России не встретила во многих сочувствия, если в те времена выражали опасение, привлекая к себе коллекции, местные музеи будут, таким образом, отвлекать их от музеев столичных, а вместе с тем, при удаленности таких музеев от университетских центров, собранное осталось бы без научной обработки, – то в настоящее время подобным противодействиям и опасениям не находится места.

Всеволод Перфильевич Коховский (1835–1891) недаром отстаивал бытие местных музеев: уже в начале 1870-х годов в далёком глухом сибирском городке появляется скромный, но беззаветно преданный науке провизор Николай Михайлович Мартьянов и создаёт тот Минусинский , которым гордятся Сибирь и вся Россия, и который пользуется уважением учёного мира, как Европы, так и Америки. В самом деле, соединяя в себе круг естественных знаний с историей и фольклором, он служит дополнением университетских кафедр, кабинетов и вообще подсобных учреждений и, будучи доступным всякому, нагляднее и шире раскрывает естественно исторические памятники и накопления данной местности, чем школа. Едва ли Минусинский послужил кому-либо или чему-либо в ущерб и, думается нам, вполне доказал, что никакая даль не может послужить препятствием для тружеников науки, готовых работать всюду. Таких музеев, как Минусинский, вообще мало. А о том, что они полезны и крайне необходимы, надо ли говорить?

Между тем, Черноморское побережье, в частности – Черноморская Губерния, не имеет совершенно учреждения, которое, хотя бы отчасти напоминало светоч Минусинска. Подобно южной долине Енисея, когда к ней подошёл незабвенный Мартьянов, Черноморская губерния представляет собою богатейшую сокровищницу, лишь немногим из нас ведомую. Всякий провинциальный музей есть более или менее фокус, сосредоточивающий по возможности всё о данной местности… или должен быть таковым.

Создание местного (Черноморско-Кавказского) музея необходимо со многих точек зрения, ибо он есть не только собиратель, но и охранитель и сберегатель исчезающих памятников старины, быта, природы – в её флоре, фауне и т.п.

Возникает вопрос: где быть музею? Конечно, было бы очень приятно, если бы все города (посады) и местечки Черноморской губернии обзавелись своими музеями, но это – pium desiderium, и на первых порах можно желать лишь одного местного музея, конечно – в наиболее подходящем месте. Таким, по нашему мнению, является Сочи. Может быть, не одно место Черноморской губернии не привлекает к себе столько людей, как именно Сочи. «Очень интересным» называет его видный английский писатель наших дней Stephen Graham в своей книге: «A vaqabond in the Caucasus ((стр. 305). Это «Канн Лазурного берега», говорит французский ученый Е.А. .

Почему Сочи очень интересно? Почему это русский Канн? Ответы на эти вопросы мы находим у наших учёных. «Западное Закавказье отличается от всех других присредиземноморских стран удивительно роскошным развитием растительности» (Г.И. Танфильев, «Распределение растений», изд. Брокгауз-Ефрон, стр. 401). Тут имеется в виду Сочи. А у профессора А.Н. Краснова читаем в статье «Отголоски тропиков на Черноморском Побережье»: «особенно привлекают к себе округа Сочинский и Туапсинский, так как здесь климат отличается особенной мягкостью, нет почти малярии и злостной кавказской лихорадки, лето не измучивает влажною тропической жарою, как в Батуме и, вместе с тем, зима теплее, чем на южном берегу Крыма». (Живописная Россия», 1901, №18). Если к этому прибавить, что Сочи свободно от влияния страшного «бора», что город занимает центральное положение и гораздо ближе, чем Новороссийск, к многопосещаемым Хосте, Адлеру, Красной Поляне, Гаграм и др., что он со своими окрестностями даёт иллюзию Швейцарии и Далмации, и даже (по своей растительности) Явы и Цейлона (профессор А.Н. Краснов, op. cit.), и что, наконец, возможно оправдание слухов о возведении его на степень губернского города, – если всё это принять во внимание, что на местный музей больше других мест имеет право Сочи.

И существование этой идеи возможно и легко при дружной, совместной работе правительства, местного городского управления и культурных сил общества. Музей необходим для лучшего, более глубокого и всестороннего познания Побережья, этой драгоценной жемчужины; музей необходим для развивающихся школ Побережья, вообще для самопознания нашего; необходим, как культурный светоч. Недостаточная охрана памятников природы влекла к уничтожению их, к их бесследному исчезновению. Кто укажет, куда девались и где стояли так называвшиеся кунацкие (священные) деревья, под сень которых происходили исторические советы горцев? Где те плиты с черкесскими и арабскими надписями, какие ещё недавно попадались на глаза при дорогах? Кто зарисовал и сохранил вид былого сочинского укрепления? Кого интересует местный фольклор? К кому, куда нести ценный исторический предмет, раритет и т.п., дабы они были сохранены навсегда в надёжном месте для потомков? Погибшего не вернуть, и можно составить только приблизительное понятие, например, о самшитовых рощах по незначительным остаткам их.

Музей соединяет настоящее с прошлым; их корни неотделимо сцепляются, от них подымается древо жизни и ветвями своими отодвигает завесу, за которую схоронилось прошлое, столь поучительное, вразумительное, богатое опытом. Музей, появись он, показал бы весь путь, по которому шло Черноморское побережье Кавказа в целях своего культурного и экономического развития. Повторяем, он мог бы дать и показать то, чего не могут дать и показать университетские и институтские собрания по части ботаники, минерологи, орнитологии и т.д. Разветвляясь в своей просветительской деятельности, он мог бы прилеплять к себе существующие специально-научные учреждения, объединять вокруг себя работников на ниве отечествоведения, будить спящие силы. Мало ли какую пользу приносят местные музеи!1.

А Черноморская губерния стоит музея, который в русском Канне (Сочи) мог бы и развиваться вполне нормально и здорово, с чем, позволю себе надеяться, может быть согласится съезд почтенных деятелей Черноморского побережья, на обсуждение которого и имею честь представить сей доклад.

Павел Амплиевич Россиев.

Сочи.

––––––––––––––––––––––––––––

Материал подготовлен Е.К. по материалам Съезда деятелей Черноморского побережья Кавказа, проходившего в С.-Петербурге в 1913 году, и опубликован в Сочинских новостях.рф 15 мая 2013 года под названием «Фокус времени».

  1. эта польза усугубляется, если естественноисторический и археологический музей имеет возможность знакомить местное население с усовершенствованиями в области техники и сельского хозяйства, устраивать выставки местных производств, а также лекции, курсы общеобразовательного характера, например в связи с местными раскопками, археологическими нахождениями и т.п.
О необходимости создания музея (или музеев) Побережья и где быть первому из них
5 1 чел.

Поделиться:
  • Print
  • email
  • Twitter
  • Facebook
  • Google Bookmarks
  • FriendFeed
  • Live
  • MySpace
  • Netvibes
  • StumbleUpon
  • LinkedIn
  • PDF
  • RSS

Добавить комментарий

Войти с помощью: